?

Log in

entries friends calendar profile Previous Previous
where Semley's necklace has been hidden for centuries
Была выставлена за дверь не столько за энциклопедические познания русской попсы девяностых, сколько за неудержимое желание их демонстрировать.

Tags: ,

Leave a comment
Фанни байка, которую не могу рассказать на фэйсбуке, а то меня расистом заклеймят.

Был у меня тут в Лондоне коллега один, русский из глубинки, юный мальчёныш, парт-тайм, деревня: чек, молоко на губах: чек. Стояли я, он и двое бритишей после работы снаружи паба, курили и вели смолл толк. Тут что-то зашёл разговор про индианз, и мальчёныш с чувством заявил, 'Ай хэйт факин индианз!'

Бритиши словили себе британский флаг ап зэйр ассез, так сразу выпрямились с болезненными выражениями лица. Racist slur - худшее, что можно сморозить в компании бритишей, из всех плохих опшенов. Нет лучшего способа остановить любой разговор и навести окворд сайленса в округе. По их измученным лицам было видно, что им заклинило систему: согласиться или предложить своё мнение на эту тему они не могли, так как их качественно запрограммировали, что расизм - это плохо и ужасно; попенять мальчёнышу, что так говорить нельзя, они тоже не могли, потому что это было бы condescending и patronising, а их против этого тоже программировали (правда, не всегда успешно). Поэтому они стояли с застывшими выражениями лиц и очень старались провалиться сквозь землю.

Я решила взять на себя образование истернъюропианского коллеги и постаралась деликатно объяснить, что так говорить нельзя, по крайней мере, пока ты в обществе.

'Бат итс тру', возмутился моим предательством мальчёныш. 'Ноубади лайкс индианз!'

Бритишей можно было хоронить с такими фиолетовыми фэйсами. Неимоверным усилием воли я сохранила нейтральное выражение лица и сказала, что некоторые вещи не стоит говорить вслух, даже если это правда.

'Ну, у них есть красивые женщины, это да', подумал и согласился мальчёныш. Бритиши расслабились и заулыбались. 'Но мужики ихние всё равно противный смелли скам', добил их мальчёныш.

Тут я милосердно опущу занавес на сцену, дорогой зритель. Скажу лишь, что британцы спасли дело, экстренно сменив тему, а мальчёныш так и не понял, из-за чего был сыр-бор.

Tags:

1 comment or Leave a comment
Моя флэтмэйтша терпеть не может фэнтези-шмэнтэзи и вообще всё, связанное с фантастикой. Но тут подсадил её кто-то на гейм оф троунз. Захожу я на кухню, а у неё по глазам видно, что она не здесь, а в наушниках и в экране, где происходит собственно игра собственно троунз.

Начинаю мыть посуду.

«Аринааа», раздаётся вопрос. «А вот лилипуты, они же у кого угодно могут родиться?»

«Побойся бога, ты гейм оф троунз смотришь, какие лилипуты, сгинь нечистый?!»

«Ну маленькие человечки. Они же лилипуты?»

«Бляааааа...»

«Ну а кто они такие?»

«Наташа – это дворфы!!»

«А почему не лилипуты?»

«А потому что дворфы!»

«А в чём разница?»

Я позорно замолкла, думая, чем оспорить этот аргумент.

«Я права? Дворфы – это маленькие человечки? Значит, они лилипуты?»

«Бля, ну не могут лилипуты быть дворфами! Лилипуты – они в Гулливере!»

В конце концов я отмазалась, что дворфы – это отдельная раса карликовых людей, а лилипуты – они тоже маленькие, но в Гулливере.

Теперь сделала рисёрч, сука Википедия говорит, лилипут то же самое, что карлик, а карлик, он же и есть дворф.

Фак.

Но ведь во многих фэнтези имеются отдельные расы воинственных дворфов с топорами, а лилипуты – они же только в Гулливере, правда?...

Tags: , ,

2 comments or Leave a comment
Я шла вместе с коллегами обратно до отеля вечером по стрёмному району Барселоны. Он казался особо стрёмным после Лондона, где никогда не бывает тихо, и где даже в самых закоулистых улочках кто-то всегда копошится. Тут было пусто. Тихо и пусто. Наступил зомби апокалипсис, и канализация нежно испускала в тёплую влажную кашу ночи закладывающую уши тишину.

Коллеги были две девки, одна из Беларуси, в Лондоне с испокон веков, но советская-советская, совок сложно выжить, он селится в душу на уровне ДНК, а вторая – англичанка, дочь иммигрантов из Бангладеша. Мы шли по пустым улицам в граффити и барселонской темноте обратно в отель, и девки ссали. “Я не сексистка”, заявила англичанка, “но я хочу, чтобы с нами сейчас шёл мужик. Я бы чувствовала себя спокойней.”

Белоруска не страдала сексистскими комплексами и горячо поддержала эту идею.

А я шла и думала, ну вот блять. Ну вот кто будет нас насиловать? Ну нас же блять трое. Двое наваливаются и держат, третья пиздит насильника-неудачника в целях профилактики, вот вам и всё насилие. Да и кто бы на нас позарился – они очень сильно себе польстили, испугавшись изнасилования.

После изнасилования разговор перешёл на ограбления. У одной были киндл и айпад в сумке, у другой тоже айпад и два айфона, один домашний (Лондон) и другой домашний (где семья живёт). И вот они шли вот и тряслись за свои айпады и айфоны, и сетовали, что они пёрфект таргет для всех грабителей мира со своими девайсами.

Рабы айпадов переживали за своих хозяев. Надо было принести хозяина в безопасность и положить его кормиться. Хозяин хотел внимания и кушать каждый день. Накормив его, они успокаивающе гладили его ретиновую шкурку пальцами. Но другие люди тоже хотели себе хозяина, и постоянно пытались его спиздить, чтобы тоже доставлять ему удовольствие пальцами. Надо было бояться и защищать.

В страхе за своего повелителя они не видели и не слышали ни города, ни ночь, и вздрагивали – это я не преувеличиваю, вздрагивали – когда впереди двигались какие-то силуэты, которые вблизи оказывались либо местными, идущими тусоваться, либо такими же приезжими в поисках своего отеля. Я вежливо сказала им заткнуться и пиздовать за мной, потому что я знала, где наш отель. Если идти и причитать на всю улицу, что о май гад в сумке у меня айпад и я так боюсь, что спиздят, то любой уважающий себя вор будет просто обязан освободить дамзель от предмета, вызывающего такой дистресс.

Но они не прониклись и так до самого отеля и ныли – громко ныли. Так и не заметили города и ночи.

Это у меня в голове связалось со статьёй про буллшит джобз, которую я недавно читала. Там был такой пойнт, что вместо больше свободного времени мы выбрали всяческие игрушки, гаджеты и девайсы. И ведь выбрали же, блять. Это я вот сейчас пишу со своего макбука, периодически проверяя свой самсунг на предмет смсин. Когда ко мне в июне приезжала мама, и мы сидели в кафе рядом с Юстоном, ожидая поезда, мама оглядывалась по сторонам, изучая лондонских аборигенов.

- Детка, - сказала мама. Только моя мама может не схлопотать пизды, назвав меня деткой, хоть моё нутро и скрипит каждый раз, когда она так обзывается. - Я вот смотрю по сторонам. Они же все смотрят в экраны.

Парочка за столом слева сидели, он – в компе, она – в айпаде. Справа мужик читал на телефоне новости. Напротив какая-то баба смотрела фильм на самсунговском таблете. Мимо прошёл мужик, уткнувшись носом в телефон.

- Чего ты сказала, мам? - я оторвалась от телефона, где в вотсаппе, скайпе и фэйсбуке у меня шли несколько дискуссий сразу.

Короче, мы рабы. Мы рабы идиотских сидячих работ, которые искривляют и жирят тело, убивают радость и делают мир хуже. Мы рабы наших игрушек и удовольствий, и убиваем кричащую душу, покупая ей больше игрушек и больше удовольствий, чтобы не так тяжело было тащить на Голгофу ненавистное рабство. От самого рабства избавиться никто и не думает. Оно создаёт иллюзию безопасности и обеспеченности, и пахнет родным и привычным, как нестиранная рубашка. Многие не знают, что они рабы, и искренне верят, что они независимо пробивают себе дорогу в жизни и что айпады и н-инчевые флэтскрин телевизоры во всю стену – это радость и свобода, а повышение до тим лидера кастомер сервиса – повод для празднества.

За всю свою историю человек всегда пытался изобрести миллионы новых способов использовать свои и чужие тело и душу для того, для чего они не были предназначены. Тело вроде как не было создано для рабства, но вот душонки наши точно рабские. Иначе почему мы с этим миримся? И я в первом ряду рабов развеваю флаг. Я люблю деньги. Очень. Моё рабство даёт мне мою иллюзию независимости и ощущение того, что я чего-то достигла. Я понимаю, что это всё ложное и надо копать жизнь в другом направлении. Но я не могу себя заставить. Я боюсь. Последний раз я не была рабом давно, я не помню, как оно там, вне рабства. Мой иннер сцуль подозревает, что там холодно, голодно и опасно. И ведь оно там так и есть, и надо всё равно туда ступить и не бояться, и тогда может всё и будет хорошо.

Я сделала полушаг туда, пожелайте мне удачи.
2 comments or Leave a comment
Зэ гуд ньюз из, я помню свой ЖЖ пароль!

Сегодня в театре во время перерыва подруга из Дании пристала научить её сказать что-нибудь по-русски. Когда я отказалась учить её 'чему-нибудь' и потребовала конкретики, чему именно, она попросила научить её говорить 'Мой муж избивает меня каждую ночь... и мне это нравится!'

Я послушно сидела во время интервала и внятно и чётко, громко, по слогам, повторяла для неё всё предложение, а она с энтузиазмом повторяла за мной: 'Мой муж... ноу, ноу, нот moymush, М-О-Й М-У-Ж... ИЗ-БИ-ВА-ЕТ... ИЗБИВАЕТ... ИЗ... БИ... ВА... ЕТ... МЕНЯ... МЕ-НЯ... МОЙ МУЖ ИЗ-БИ-ВА-ЕТ МЕ-НЯ... КАЖ-ДУ-Ю... КАЖДУЮ... КА-ЖДУ-Ю... КАЖДУЮ... НОЧЬ... И... МНЕ... М-НЕ, МНЕ... ЭТО... НРА-ВИТ-СЯ... НРАВИТСЯ... МОЙ МУЖ ИЗ-БИ-ВА-ЕТ МЕ-НЯ КАЖ-ДУ-Ю НОЧЬ, И МНЕ ЭТО НРА-ВИТ-СЯ!!'

В итоге, конечно же, за нами в районе слышимости сидели русские.

Но на этом мои злоключения не закончились. В мюзикле, который мы смотрели, действие происходит в Дублине. На выходе из театра я с высоты своего опыта жизни в Ирландии авторитетно заявила друзьям 'Фи, какие у них у всех были фэйковые ирландские акценты', а работник театра не удержался и вставил 'Простите, но весь каст мюзикла из Ирландии'.

Дважды опозоренная я иду погребать мои печали под подушкой в стране Морфея.
4 comments or Leave a comment
Сима – толстая индуска с островов Фиджи. Я тоже раньше не знала, что на Фиджи есть индусы, но википедия подсказала, что когда британцы баловались мировым господством, то завезли кучу дешёвой индусской рабочей силы из Индии на Фиджи. Теперь там есть небольшая индусская коммьюнити, которую, кстати, сами фиджианцы (фиджийцы? фиджусы? фиджинцы?) терпеть ненавидят.

На самом деле Симу зовут Праджешна Сингх. Только этого ни один англичанин выговорить не может, поэтому она представляется детским прозвищем Сима, которое ей дал отец. На мой вопрос, значит ли «Сима» что-нибудь, ответить она затруднилась. Она большая, громкая, грубая бабища с гигантскими сиськами, искромётным чувством юмора и ломаным английским. Ломаный английский ничуть не мешает проявлению юмора, наоборот, помогает. Когда симпатичный коллега-француз прошёлся мимо павой, Сима загляделась ему вслед, и я с наигранным упрёком покачала головой, в ответ на что Сима грубым жеством сжала свои сиськи, отчего они чуть не выпали из майки.

«Сима! Но ты же мэррид!» - возмутилась я.

«Everybody say I married», - ответствовала мне Сима, хихикая, - «nobody can prove».

Сима замужем за англичанином, с которым они познакомились в Новой Зеландии. В Англии она ненавидит всё, начиная от того, что домой ей лететь около 24-х часов с пересадками, до цен на еду, одежду, недвижимость, до самих англичан. Но они с мужем отсиживают тут срок до симиного английского паспорта, после чего собираются ебать обратно в Новую Зеландию или Австралию. Сима жила и в Мельбурне, и в Сиднее, и ненавидит Мельбурн, хочет пустить корни в Сиднее.

В первый мой день в этом индусском колл-центре Сима меня выбесила. Как новенькая, я должна была слушать поступающие звонки и как на них отвечают. Меня посадили к Симе, которая сразу мне сказала, чтобы я не мешалась под руками. Первый звонок был от клиента, который грустным голосом сообщил, что пытается нам дозвониться и доимэйлиться аж с начала июня, но никто ничего не знает и ничего не делает.

«Ты чего врёшь?» - спросила у него Сима. «Нет у меня твоих мэйлов с начала июня».

Клиент не растерялся и предложил переслать все свои предыдущие жалобы с начала июня.

«Да уже неважно», - остановила его Сима. «Я теперь жалобу зарегистрирую. Что у тебя не так?»

Клиент на удивление оставался спокойным, не выходил из себя, рассказал, на что жалуется, и спросил, что с его жалобой собираются делать, а то он не совсем верит, что что-либо вообще будет сделано.

«Ты давай на меня не дави, а? Всё сделаем, сделаем как надо», - заверила его Сима. Клиент, который всё ещё потрясающим образом сохранял спокойствие, попросил всё же сказать, когда хоть примерно будет ответ и что будет сделано. Сима разразилась тирадой о том, как все оказывают на неё давление, все чего-то хотят, а она одна такая и вообще она не потерпит, чтобы ей грубили. Клиент положил трубку.

«See», - вздохнула Сима. – «This is the kind of shit I have to deal with every day».

Я не удержалась и сказала, что мужик-то был вежливый, это она на него накинулась, аки бык на матадора. Что тут началось! Примерно час мы выясняли отношения. Сима вопила на ломаном инглише: «Так ты думаешь, Сима грубиянка, да? Что, Сима грубит клиентам, да? Сима плохой работник, да? Пойдёшь настрочишь на Симу жалобу, да?» (Она почему-то иногда любит говорить о себе в третьем лице). Я, сдерживая смех, не поддавалась натиску и стояла на своём. Сима демонстративно на меня дулась до конца дня. Каждый звонок она демонстративно заканчивала на приторно-сахарной ноте, желая клиентам хорошего дня (хоть до этого и вопила на них благим матом), косила на меня глаз и спрашивала: «Ну что, Сима всё ещё грубая, да?»

Но к концу дня мы разговорились и даже подружились. Сима рассказала, что выучилась в Новой Зеландии на медсестру и работала там, пока не встретила своего будущего мужа, английского доктора. Они переехали в Австралию, где и поженились. Но из-за фиджинского (фиджианского?) паспорта у Симы вечный геморрой с путешествиями, поэтому они на пару лет приехали на родину мужа, в Лондон, чтобы Сима досидела тут до английского паспорта, а потом обратно в Новую Зеландию или Австралию.

«All this shit with e-mails (Сима пальцами изобразила написание мэйла) is new to me», - пожаловалась она. «Я раньше только медсестрой работала».

В Англии быть медсестрой она не может, надо год переучиваться. Стоит это удовольствие несколько тысяч фунтов. Ни времени, ни денег таких у них с мужем сейчас нет. Вот и пошла она в колл-центр, где своим темпераментом радует клиентов. Любимая её присказка – похвалить саму себя за что-нибудь и добавить: «Is good my brain is working, no?»

Тут на прошлой неделе на Кингс Кроссе рядом с нашим офисом человека сбила машина. В час пик скорая никак не смогла бы вовремя добраться, поэтому они сажали вертолёт скорой помощи на детской площадке прямо у нас за окном. Всё население офиса облепило окна со своими айфонами, снимая приземление на видео. Одна Сима продолжала невозмутимо печатать мэйлы. «Сима, иди посмотри вертолёт!» - позвала я.

«А чего там смотреть», - отозвалась Сима. «В Новой Зеландии часто землетрясения. Меня там сто раз на вертолёте эвакуировали. Скучно на вертолёты смотреть».

Я отчего-то представила себе Симу, которую в первый раз новозеландская служба спасения пыталась запихнуть в вертолёт. Вот она наверно вопила и ругалась, крича, что только через её труп. А может, наоборот, спокойно это восприняла. Хотя, зная её темперамент, что-то я сомневаюсь.

Сегодня мой последний день в этом колл-центре, это была моя короткая двухнедельная остановка перед началом другой работы. Мы с Симой обменялись контактами, наобнимались и облобызались. «Вот же ты хитрая лентяйка», - сказала мне Сима на прощание с присущей ей прямолинейностью. «Пришла, посидела две недели, ни черта не делая, получила денюжку и сваливаешь. Напиши мне в скайпе, если соберёшься на Фиджи!»

А ещё есть тут такая юная индуска по имени Арпита. Она чего-то невзлюбила меня в первый день, но потом чего-то очень взлюбила. Смотрела обожающими глазищами беспризорного щенка, нашедшего себе кумира. Наивная, хорошая, немного глуповатая, с зычным голосом базарной торговки, которым орёт на кастомеров. А ещё она любит им напевать какие-то болливудские шлягеры и танцует сама с собой внизу на кухне, когда думает, что никого там нет. Она всё стеснялась, но сегодня, в мой последний день, тоже вдруг накинулась на меня с обниманиями да лобызаниями и просьбой не уходить.

В общем, заставил меня этот экспириенс несколько иными глазами посмотреть на индусов. Наверно, так надо было.

Tags:

3 comments or Leave a comment
Залезла сюда проверить, чего вообще творится в моё отсутствие, а писать как-то не о чем. По-русски совсем разучилась писать, это раз. Компромат на себя тоже отучилась строчить, это два. Ну, кроме как на фэйсбуке, но я там чуть-чуть, насру чего-нибудь в статус и бежать, а не так, чтобы целый детальный пост строчить.

Почитала свои предыдущие посты тут, стирать не стала только потому, что в падлу. Где-то я там писала, что всё жду, когда же меня что-нибудь пизданёт по башке достаточно сильно, чтобы я повзрослела. Можете меня поздравить - оно пиздануло. Я взрослая.

А лета в Лондоне в этом году нет как-то по-особому, по-извращённому. Ну где это видано, чтобы в середине июля в куртке ходить и с зонтиком?

За год работы на теперешнем месте я так привыкла к ночным звукам Оксфорд Стрит, и они стали дороги моему привязчивому сердцу: ревущие автобусы и машины, пьяные вопли, громкая музыка из машин и близлежащих клубов, а по выходным бонус - соло-выступление ёбаного барабанщика у входа в метро, с вечера и минимум до часу ночи. А когда я в дневную смену работала, то каждый день слышала, как около полудня, пунктуальные, словно часы, по Оксфорд Стрит ходят харекришны и распевают свои харекришны. Я привязалась к этому офису, у него есть характер. Старое, серое, нелепое уродливое здание в пять этажей, позор всей улицы, в котором постоянно забивает сортиры и где лифты напоминают камеры одиночного заключения, перемещаясь между этажами только потому, что их очень попросили. Для начала нужно несколько минут подождать, чтобы дверь лифта вообще закрылась, а потом пнуть его изнутри ногой и матюгнуться, чтобы он поехал. В отместку он может застрять или открыть двери и совсем отказаться ехать. Говорю же, с характером здание.

Зимой нам было холодно выходить курить на улицу, и мы нагло курили в сортирах. Всё равно ночь, никого больше нет, а до утра запах выветрится. Пожарная сигнализация ни разу не сработала. Зато она сработала тогда, когда никто не курил, совершенно без причины, и вопила, ссссука, часа два, пока не надоело. Мы за это время наворачивали круги по району, обсудили жизнь, скурили пачку сигарет. Никто на сигнализацию не приехал, на звонки в фирму, установившую сигнализацию, отвечали тупые долбоёбы и всё обещали, что вот сейчас кто-нибудь непременно приедет. В итоге мы просто вернулись, когда сигнализация заткнулась. На что она сработала, история умалчивает. Говорю же, с характером здание!

А ещё такое ахуенное чувство, когда во всём пятиэтажном здании кроме тебя только один твой коллега и всё. Закончится чай или сахар у нас на пятом этаже, а вниз на четвёртый, в темноту, идти никому не хочется. Выбор производится хайли сайентификал методом камня-ножниц, и вот ты спускаешься вниз по запасной лестнице, которая ведёт только на четвёртый этаж, где живут Подозрительные Силуэты В Темноте и вообще Тёмные Силы. Твоя задача - проскочить мимо нечисти до выключателся, потому что при первых лучах электрической лампы они умирают. Проверено.

Ну а про мои приключения на Оксфорд Стрит ночью, когда я бегаю за ланчем и сигаретами в круглосуточный оффлайсенс на Тоттенам Корт Роуд, книгу могла бы написать, если бы не было так лень.

Я буду скучать по всему этому.

И ещё - хочу, чтобы я завтра проснулась, а Олимпиада бы уже закончилась. Вот только Олимпиады нам здесь не хватало, метро и так никогда не ходит, а с удвоенными толпами тупых туристов можно вешаться сразу, не выходя из дома.

Tags:

2 comments or Leave a comment
И вот кризис личности сподвигнул меня снова обратиться к ЖЖ, этому бездонному колодцу, куда я гигалитрами сливала раньше своё нытьё. Авось и в этот раз колодец на меня не обидится, ибо я сейчас солью в него парочку-другую литров отборнейшего нытья. Копила я его долго - символический мочевой пузырь терпения предупреждающе трещал швами, оставшимися с прошлого кризиса. Я решила не запускать дело настолько сильно в этот раз, и разлиться хныканьем на весь интернет - до того, как будет поздно!

Я как-то теряюсь во всей этой хуете, дамы и господа. Я по национальности, происхождению и ориентации хуй поймёшь что, живу хуй прассышь где, всё, что я в этой жизни имею, уместится в примерно 1.5 чемодана, ну, кроме книг, но их я всё равно думаю или в Ригу сплавить при удобной возможности, либо в библиотеки отдать. Я непонятно что такое и ни на одном языке не говорю идеально, используя сразу все, которые знаю. В итоге получается такой ядрёный пиджин из инглиша, дойча, руссиша, джапаниза и, конечно же, куда же без него, обязательного государственного, чтоб его так-разтак. Одежда моя не выражает никакого определённого стиля, сука не выделяюсь, не высовываюсь особо, голосовать не хожу, патриотизма ни к какой стране не испытываю, ибо ниибёт ни капли, живу себе, пока устраивает. Если есть какая-то тайная организая, подло шпийонищщая сразу за всеми вместе, то я могу себе представить, что они в моё личное дело записали - весьма и весьма нелестные вещи, на которые мне бы хотелось закрыть глаза. А написали они там: "Среднестатическая двадцатипятилетняя вайт истэрнъюропиан фимэйл. Работает в офисе в Сити. Имеются также и другие данные, но они слишком скучные, чтобы здесь приводить, поэтому мы их из милосердия к читателю опустим. Словом, обычная офисная крыса. Не грозит нашему Тайному Злобному Делу никоим образом."

Только, граждане тайные злодеи-конспираторы, как же это так - обычная? Я же сука такая необычная. Я же и есть тот самый герой, которого вам следует бояться, ибо я приду и во имя Луны надаю вам грандиозных пиздюлей и спасу всю планету нахуй. Я же, я же в детстве в тибетском монастыре кун-фуй-хуй у самого Далай Ламы проходила, я же такая классная, я же изменю мир, а вы тут обычной обзываете, обидно, право, знаете ли! Так я возмущаюсь себе, пока очередной длинный и скучный день в офисе проходит, а мир где был, там и есть. Тут позвольте совершить плавный переход к главной теме, о которой я буду ныть в нашем сегодняшнем выпуске - Комплекс, или Синдром, кому как удобнее, Героя.

Не знаю, свойственно ли это только нашему поколению, вскормленному постсоветчиной. Но вот наблюдается у него, у нашего поколения, не у всех представителей, но у многих, такая острая болезнь, как Синдром Героя. Я причисляю себя к острейшим sufferers. Заключается она в том, что ты свято веришь, что не просто так родился на этот свет, что ты должен, обязан хоть чем-то, но make a difference. Если ты не доктор и не спасаешь жизни, то будь любезен строить дома, или технику, или летать в космос, словом, приносить своим существованием пользу. Если тебе не повезло, и тебя с рождения не тянет в технику или медицину, то это не повод сдаваться - ты должен стать артистом и своими песнями-плясками, или чем уж доведётся, развлекать технарей и докторов, тем самым опять же принося пользу. И вообще нужно с каждым днём стремиться делать мир лучше и вся хуйня. Чтобы вот так просто существовать, работать ради денег, а деньги спускать на сиюминутные удовольствия, на отпуск в Австралии, на новую машину, на дом, на красивые шмотки, вкусную еду, походы по клубам - это же неправильно, товарищи. Это же так по-мещански, а мы-то с вами аристократы, если не по происхождению, то по интеллекту!

Вот этот злоебучий комплекс мне, сука, двадцать пять лет покоя не давал. Я себе воображаемую плешь проела, что тупо работаю на своё выживание и удовольствие и полезного нихуя не делаю. У ирландцев и англичан похожего комплекса детектед не было, отчего мне так сложно с ними было поначалу подружиться и вообще общаться, они мне казались настолько shallow, что хоть кричи. А теперь до меня дошло: у них просто нету Комплекса Героя. В них с детства не вжили мантру, что нужно во что бы то ни стало быть полезным обществу. Они хотят хорошую, высокооплачиваемую работу, чтобы получать дохуища бабок и тратить всё - до последнего пенни - на собственные удовольствия. Дорогие вещи, путешествия и прочая и прочая that money can buy. У них нет установки "я рождён работать на то, чтобы изменить мир и помочь обществу" - скорее установка "я рождён работать на то, чтобы наслаждаться заработанным". Это не значит, что они недалёкие, уж точно не ближе некоторых известных мне постсоветских экземпляров. Просто, если тебе с детства не вдолбили про необходимость быть нужным и полезным обществу, и про то, что быть богатым и явно наслаждаться этим фактом - плохо, то ты вырастешь с совершенно другим мировоззрением, чем те, которым вдолбили - логично, правда?

Комплекс Героя ничуть мне не помог, и мир изменить не заставил - похожий результат наблюдается у всех несчастных носителей этого злобного вируса, которых я знаю. Так нахуй, спрашивается, им страдать? Не проще ли забить, и наслаждаться оставшимися годами в этой жизни?

Но болезнь поразила мой бедный моск насквозь, и хирургическое вмешательство уже невозможно. Однако надежда есть - имеется очень powerful антидот. Это если растворить пятьдесят кг здорового похуизма в ведре лени. Лень у меня и так имеется, врождённая, а здоровый похуизм прибывает с годами. Авось, скоро накопится достаточно. И тогда меня наконец отпустит.

А с другой стороны, страшно как-то. Вот когда совсем отпустит, тогда закончится молодость, насовсем.

Кстати про заканчивающуюся молодость. Я всегда выглядела андерэйдж. Всегда на шестнадцать, ну, кроме того момента, когда мне было шестнадцать, потому что тогда я выглядела на тринадцать, и так далее по наклонной. Я изредка ныла по этому поводу, но принимала как должное и неизбежное, и втайне радовалась. А теперь, пиздец, age начал catching up with me. Я ощущаю это так остро, и, поверьте, это хуёвое ощущение - чувствовать, как все твои годы тебя вдруг нагоняют.

И, пока не забыла, поныть про языки. Вот сегодня мне пришлось проходить рабочее интервью на русском, в одну фирму, где руссишшпрехендэ нужны. И когда я запнулась на первом же вопросе, то внезапно поняла, что мне до этого НИ РАЗУ В ЖИЗНИ не приходилось проходить рабочее интервью на русском - НИ FUCKING РАЗУ. Только на английском, немецком или латышском. На немецком и английском стандартные ответы на стандартные интервью-вопросы у меня вытатуированы в мозгу навечно, я знаю, когда улыбаться, с какой интонацией подавать ответы, как подсобачить мой body language так, чтобы произвести наилучшее впечатление, это как пьеса, в которой я единственный актёр, и играла я её столько раз, что аж тошно, но игра моя становится только лучше от разу к разу. А по-русски эти стандартные вопросы звучат так тупо, что я словила пробку. Поняла, что совсем не могу ответить на простейший вопрос на русском, словно от меня требуют, чтобы я начала говорить по-китайски. Я что-то промямлила и ужаснулась, это и в самом деле прозвучало по-китайски. Мало того, что у меня откуда-то появился акцент (непонятного происхождения, но наверняка китайский), я проигнорировала почти все спряжения/склонения/хуения, как иностранец, который плохо знает язык. Дальше было хуже. Я дословно переводила ответы с английского и немецкого в мозгу, и перед тем, как отвечать, тянула гласные, чтобы дать себе время подумать над переводом, и звучало это и впрямь как очень хуёвый и дословный перевод. В общем, они наверняка решили, что я полный дебил, но не суть важно - важно, что я испугалась, что под напрягом и в стрессовой ситуации я говорю по-русски, аки иностранец. То есть я забываю родной язык, и в итоге я знаю по кусочку от каждого языка, но ни один в совершенстве - что опять же возвращает меня к вопросу: "Кто я? И нахуй мне это всё?"

Во как я разнылась. Вроде полегчало. Пойду-ка я покурю.

Tags:

1 comment or Leave a comment
Моя бразильянская флэтмэйтша Флавия такая забавная. Встала сегодня в два, полчаса в душе мылась, неспеша двадцать минут завтракала, вышла из дому в 2:50, в банк ей надо было, а банки все в три по субботам закрываются. Пришла обратно и долго распространялась, какие банки нехорошие. Ну знает она, что в три закрывается, но не пойдёт же она туда, не помывшись и не позавтракав? Не могли бы они, типа, подождать? Смешные эти бразильцы, ей-богу.

А ещё всё жаловалась, что когда мы рыбу готовим, то смелл очень противный. Сама недавно купила какой-то сыр непонятный, и теперь холодильник не открыть, вонища пиздец. Приходится предупреждать "Не дыши - я щас холодильник открою!"

А я вот всё со своим нытьём про корпоративное рабство не успокоюсь. У нас на работе разные курсы есть. Фил стрессед ин ёр джоб? Заходите к нам, мы расскажем вам, как это пережить. Поможем вам работать более продуктивно. Развить ваши коммьюникейшен скиллз. С одной стороны, очень правильно вроде, предлагают помочь и всё такое. С другой стороны, никак не отделаюсь от чувства, что это как-то disgustingly wrong. Помочь мне быть лучшим рабом и притишить моё недовольство системой суки хотите, даааа?... Нет уж, спасибо, я буду гордо страдать. Где бы найти курсы "Fuck the system - be Neo"?

А потом я думаю, а хули я вообще жалуюсь? Вон коллеги из Бангкока работают шесть дней в неделю, в busy season - по шестнадцать часов в день, фирма им около офиса апартменты снимает, чтобы домой ездить не надо было. И это офисная работа, что у них там в Азии на фабриках творится, не представляю.

А в Африке люди вообще мрут кучами и просто тупо не знают, что оно такое - корпоративное рабство.

Но одно объединяет, все мы рабы, корпоративные, не корпоративные. And probably always will be. Проблема не совсем нерешаемая: можно построить себе одинокую хижину где-нибудь в малообитаемых лесах (необитаемых, поди, не осталось уже), но тут возникает другая проблема: я не умею строить хижины и выживать в лесу. Я привыкла покупать еду, а не добывать её. И пока я не умею её добывать, я раб. Слишком завишу от общества и удобств.

Как вырваться из системы, я не представляю, но не перестаю искать выход. Коллега мой Кристиан, про которого уже писала, сцуко пессимист по натуре, всё заражает меня своей безысходным мироощущением. Кстати, он чуть ли не забавнее Флавии. Он верит во всякие мировые заговоры и прочее. Что Билл Клинтон, Жоржик Дубья Буш и остальные бывшие и каррент мировые лидеры собираются в каком-то американском городке раз в год, где практикуют сатанизм и гомосексуальные оргии, поклоняются большому чучелу совы и приносят ему жертвы. Я так хохотала, когда он впервые заявил мне об этой своей теории, а он сцуко кровно обиделся, ибо свято верит, что так всё и есть. Отсылал на сайты всякие почитать статьи. Я заверила, что непременно слазию почитаю.

Нет, конечно, кто-то на нас, рабах, профитирует, это факт. Но они вряд ли поклоняются сотоне в виде чучела совы. Скорее всего, они тупо наслаждаются своим богатством и свободой, за каким хуем им сотона сдался? Раньше вот были аристократы и крестьяне, открытое богатство и леность против пожизненного рабства, ничего не изменилось, только теперь аристократов меньше стало и скрытые они все, а не то крестьяне опять бунт поднимут. Вот и всё.

Пустите меня в девятнадцатый век богатой аристократкой, а? Я бы с утра до вечера книжки читала и умные мысли говорила, играла бы на пианино и пела бы моим гостям-аристократам романсы-хуянсы.
2 comments or Leave a comment
Я не отвечаю на звонки, смски, мэйлы, письма (настоящие почтовые письма). Чтобы я хотя бы задумалась кому-то ответить, меня нужно несколько раз хорошенько пнуть. И то не факт, что поможет. Работа съела меня всю. Но креатив пошёл в другое русло. Весь декабрь я ни ночи не спала, сидела творчествовала ночами, измарала целую хорошую тетрадку в клеточку 90 листов, глаза запали глубоко-глубоко в мешки, на работе живым зомби сидела. А потом наткнулась на ахуенную книжку английского дяди-фантаста, и поняла, что по сравнению с ним сосу. Хуи. Моржовые. Последовало ритуальное уничтожение тетрадки в клеточку 90 листов, в кастрюльке в саду посредством поднесения зажигалки к вышеупомянутой тетрадке. Но я целый месяц непрерывно писала, работала над идеей - это великий прогресс по сравнению с моим обычным "хуй с ним, оно как-нибудь само напишется". Не всё потеряно, товарищи.

Я уже говорила, что работа заебала по самые яйца, да? Что выживать в Лондоне зажравшимся буржуям вроде меня сука задача не из лёгких? Нет? Как замечательно, давайте я вам поною. Это сука слоооооожно. И я устала. Так хочется на год в отпуск. Минимум.

Кристиан (коллега) ещё сука депрессует меня словно специально. Повадился он мне рассказывать, как Европа в жопе и как ни у кого из нашего поколения в старости государственной пенсии не будет, ибо к тому времени обанкротится весь мир и нихуя нам не будут выплачивать. Так накапал на моск, что я забегала с идеей вкладывать в личный фонд понемножку, только, чтобы вкладывать, деньги нужны, оно само так просто не вложится. Вы чуете, в чём моя проблема? Деньги нужны на всё. Там плати, сям плати, ВАТ они суки повысили, всё повысили, и ты платишь, как идиот. Крис ещё сегодня заявил, что ему на приватные фонды срать с высокой колокольни и что он, как не сможет больше сам себя содержать из-за немощности, самоликвидируется, чтобы не попрошайничать в старости по улицам. Прекрасный смолл толк за ланчем, да? Сука весь аппетит мне испортил. С эвтаназией/самоубийством он это, конечно, перегнул. Но начинать копить надо. Надо. Надо.

А ещё насчёт нытья про работу. С одной стороны, я гастарбайтерю во вполне себе респектабельной фирме. У меня мой деск, мой телефон настольный, фирмы-сотрудники шлют мне подарки, и с ресепшона мне звонят "Вам посылочка, вниз расписаться сойдите", я сука работаю в Сити. На ланч мы с Крисом ходим на фуд маркет, я покупаю whatever the Italians have today, а Крис покупает у азиатов, сука пристрастился за время жития в Сингапуре, в тёплую погоду мы ходим хавать в парк, в холодную ходим в паб. Nice little routine. Чувствую себя белым человеком. И деск вон свой даже есть, и телефон. И подарки забирать хожу. Если конфеты шлют, всё боюсь, что отравленные, ибо на моей работе можно выжить, только будучи сукой. Непременно сначала угощаю начальство.

А с другой стороны, я давно уже перестала выть волком от отчаяния на рутинную нелюбимую работу, но - осталось накопленное, завалявшееся отчаяние, уже несвежее и с запашком. И сука гниёт внутри. Не вырваться пока из замкнутого круга. И я потихоньку перестаю пытаться. Сдаться так просто. Но я зачем-то ещё рыпаюсь. Авось, собью масло и выпрыгну из этого кувшина.

P.S. Ахуенная книжка дяди-фантаста - это Perdido Street Station авторства China Miéville. Серьёзно, чувака зовут Чайна. His parents must have really hated him.

Tags: , ,

6 comments or Leave a comment